Заросли, гадюки и медведи: в Башкирии журналисты прошли по следам пропавшего немого ребенка

Люди на берегу замерли в ожидании – в лодке тот, кого они искали двое суток без сна и отдыха. 7-летний Ренель Ганиев, истощенный, искусанный насекомыми, замерзшие ноги сведены судорогами, но главное – живой.

Сегодня он уже уверенно пожимает руки своим спасителям. Хотя на коже по-прежнему нет живого места от укусов: в тело успели впиться 6 клещей, а еще комары, мошкара – в глухом лесу ребенок провел две ночи абсолютно один, в тоненькой футболке и шортах. Пил воду из реки, спал на земле, в горной местности, где температура ночью опускалась до 4 градусов. Трудно представить, какой ужас в этот момент испытывал малыш.

Наверное, чудо! Господь сохранил, дал жизнь, чтобы он жил. Много было волонтеров. Спасибо всем, кто принимал участие в поисках. Всем-всем спасибо, кто поддерживал!

Кристина Яковлева, мама Ренеля

Лейтенант полиции Валерий Садретдинов был в составе поисковой группы, которая первой обнаружила Ренеля в лесу. Услышав стон ребенка, оперативник бросился через глухие заросли, под ногой хрустнуло гнилое бревно, и мужчина при падении вывихнул руку. Сегодня прячет ее от нас, говорит, боли в тот момент даже не почувствовал, в голове была одна мысль: помочь как можно быстрее.

Я подошел: он стоял, вот за эту веточку держался из последних сил. Это его носки, они были очень мокрые. Мы их сразу сняли, у нас были простые перчатки белые – мы их надели на ноги ему, по три пары.

Валерий Садретдинов, оперуполномоченный отделения уголовного розыска отдела МВД России по Салаватскому району РБ

Носки, истертые до дыр, до сих пор лежат на том же месте. Мальчик прошагал в них по лесу как минимум 8 километров без обуви. Сланцы, в которых он вышел из дома в деревне Урмантау Салаватского района, Ренель потерял еще в самом населенном пункте. А нашли его близ деревни Первое Идельбаево – там, где поначалу даже не искали, потому что это слишком далеко для 7-летнего ребенка.

В ходе поисковых работ был обнаружен один сланец Реналя примерно в этом районе. Родители опознали его. Собака взяла след и повела по грунтовой дороге в сторону леса, где след потеряла.

Айтуган Утяшев, руководитель Дуванского межрайонного следственного отдела СУ СК России по РБ

Как рассказали местные жители, с Ренелем, который испытывает проблемы с речью, обычно всегда гулял его старший брат. Но на этот раз мальчик сумел как-то улизнуть из-под присмотра и побежал буквально куда глаза глядят.

Небольшая речка Атавка – приток Юрюзани. Именно здесь Ренеля видели в последний раз перед исчезновением. В этом месте он встретился с двумя детьми, которые катались на велосипедах. По их словам, мальчик гулял по берегу и гонял пасущихся коров.

Это реальные кадры, снятые во время поисков Ренеля. А сегодня мы решили повторить его маршрут и были поражены: мальчик прошел по абсолютно диким местам без единой тропинки. Даже нам, взрослым, оказалось настолько сложно идти сквозь заросли, что часть пути решаем пройти по воде.

Следователь Герман Пимонов в числе первых принял участие в поисках, за двое суток прошел по бурелому десятки километров. Как раз он на этих кадрах передает ребенка с лодки на берег. Он же обнаружил и следы Ренеля, место его ночевки в лесу.

Я увидел лежанку ребенка и след, уходящий по ложбине вниз. Лежанка такая горная, наверное, остатки горы – накрывала сверху, внизу каменное покрытие, где ребенок лежал.

Герман Пимонов, следователь Дуванского межрайонного следственного отдела СУ СК России по РБ

Съемка тепловизором с воздуха показала: этот лес кишит дикими животными. Лоси, кабаны, под ногами поисковиков несколько раз мелькали гадюки. А буквально в двухстах метрах от места, где ночевал мальчик, нашли свежие следы когтей медведя на дереве и разоренный им муравейник. В то, что в таких условиях ребенок будет найден живым и невредимым, многие уже не верили.

Мы все, когда шли, кричали: «Ренель, выходи, Ренель, отзовись, мы тебя ищем». Он уже из последних сил подал нам сигнал, простонал, можно сказать. Радость переполняла! Мы все подбежали к нему: «Ренель, Ренель, ты живой?» Тот головой кивает: «Да!»

Герман Пимонов, следователь Дуванского межрайонного следственного отдела СУ СК России по РБ

Когда увидели, у меня, честно говоря, сердце затронуло до такой степени! Ребенок стоял в кустах, дрожащими руками держался за иву. Я дал свою куртку, его укутали, сразу посмотрели: жив ли, здоров, нет ли переломов.

Айгиз Ахмедьянов, заместитель главы администрации Салаватского района РБ

Но хэппи-энда могло и не быть. Найти мальчика помог счастливый случай, а точнее – внимательность и ответственность другого ребенка. 11-летний Юра Ложкин вместе с отцом сплавлялись по реке. И именно Юра услышал плач Ренеля откуда-то с берега. Туристы причалили, прочесали кустарник, но ребенка не нашли и позвонили в диспетчерскую службу. Информацию принял сотрудник администрации района Айгиз Ахмедьянов. Сам отец двоих детей, он в составе поисковой группы тоже выдвинулся по указанным координатам и вместе с остальными обнаружил малыша.  

Мы говорим по рации: «Скажи всем привет». Он говорит: «Привет». Скажи, что тебя нашли. Он говорит: «Меня нашли». Мы думали, он немой, не говорит, мы не рассчитывали на это. А он обрадовался и начал говорить. Это было незабываемо! Услышав голос ребенка по рации, все были в восторге!

Айгиз Ахмедьянов, заместитель главы администрации Салаватского района РБ

В эти дни Ренель стал родным для множества совершенно незнакомых ему людей. Чужая беда сплотила сотни человек и отнюдь не только тех, кто был здесь по долгу службы. В сложнейших поисках принимали участие жители окрестных деревень, добровольцы поисковых отрядов, многие приехали из Уфы, Челябинска, Магнитогорска, Екатеринбурга. В школе села Урмантау был развернут оперативный штаб.

Здесь все улицы были забиты автомобилями. 250 человек. Народ не ночевал, круглосуточно продолжались поиски. Здесь проводились оперативные заседания штаба, вот тут даже карты наши остались, видите.

Все это время была на ногах и школьный повар Рушания Мингажева – готовила еду для тех, кто участвовал в поиске. Чай заваривала в двухсотлитровом котле, чтобы хватило на всех. И с надеждой расспрашивала поисковиков, возвращавшихся из леса.

Уставшие, конечно, но они приходили, покушают и опять уходят. Они не отдыхали, я не видела, чтобы они сидели. Переживали, конечно. Я с работы пришла, думаю, посплю – не смогла спать, потому что думать начала. Каждый же представляет, как будто твой ребенок это!

Рушания Мингажева, повар

Приходилось отрабатывать сразу несколько направлений: это были и водолазные работы, и поиск в лесу, и в горах. Вот, например, добровольцы едва не падают, спускаясь по отвесному каменистому склону.

Не исключали и криминальный характер исчезновения: следователи допросили каждого жителя деревни, и особенно – ранее судимых. Тщательно исследовали и большую пещеру близ деревни.

Спасателями была исследована пещера полностью – пещера очень большая, большие залы имеются, но его следов там не обнаружили. Была применена специальная криминалистическая техника: вертолет, квадрокоптеры, беспилотники с тепловизорами, плавательные средства, квадроциклы – все это было задействовано.

Айтуган Утяшев, руководитель Дуванского межрайонного следственного отдела СУ СК России по РБ

Ну неужели жив? Неужели? Ну хоть бы! Потом уже я убедилась, что точно живой. Я вот говорю, и у меня до сих пор мурашки! Это такие эмоции! Это как чудо воспринимаешь! Двое суток в лесу, где медведи. Температура воздуха +4, мы в куртках ходили. Ребенок в футболке! Он вообще молодец, конечно! Он настоящий боец!

Олеся Пышкина, региональный представитель поисково-спасательного отряда «Лиза Алерт» Республики Башкортостан

Именно ради таких эмоций добровольцы занимаются поисками, говорит представитель поисково-спасательного отряда «Лиза-Алерт» Олеся Пышкина. Школьный учитель в прошлом, она пришла в отряд три года назад, и вскоре поиски стали главным делом ее жизни, за которое она не получает ни копейки. Свою нынешнюю работу она специально подыскивала так, чтобы была возможность совмещать с волонтерской деятельностью. А в глазах окружающих часто видит недоумение: мол, зачем?

Я всегда говорю людям, которые жалуются, что все плохо: «А что ты сделал, чтобы стало лучше?» Вот для того, чтобы общество стало лучше, чтобы не терялись дети, чтобы люди смогли увидеть своих родных, мы занимаемся поисковой деятельностью.

Олеся Пышкина, региональный представитель поисково-спасательного отряда «Лиза Алерт» Республики Башкортостан

Но, конечно, далеко не у всех историй бывает счастливый финал. Глубокий след в памяти поисковиков оставила недавняя трагедия в Гафурийском районе, очень похожая на историю Ренеля: такой же неговорящий ребенок, также гулявший по берегу реки. 9-летнего Рустама искали больше двух недель – снова в горах и лесах с медведями. На этот раз поиски осложнялись еще и выпавшим снегом.

В ходе этих поисков близ деревни Нижний Ташбукан на два часа техникой перекрыли русло небольшой реки. Здесь, на дне, и нашли тело мальчика в полутора километрах от деревни. И самым страшным, говорят добровольцы, в этой истории для них оказалось равнодушие людей.

То есть ребенка видели, он стоял на берегу реки. Ребенок особенный. Никому это не показалось странным, опасным. Его видели там, здесь. Больше всего тяжело от осознания того, что трагедии можно было избежать, если бы люди с большим участием друг к другу относились.

Ксения Букреева, старший информационный координатор поисково-спасательного отряда «Лиза Алерт» Республики Башкортостан

История отряда «Лиза Алерт» в России началась 10 лет назад, когда в Подмосковье потерялись 5-летняя девочка Лиза Фомкина и ее тетя. В то время волонтерских поисковых отрядов еще не существовало, а правоохранительные органы в первые дни практически не искали потерявшихся. Тогда незнакомые люди впервые объединились, чтобы искать, но еще не умели этого делать. Тело Лизы нашли на 9-й день, девочка замерзла. По словам врачей, добровольцы опоздали всего на день. С тех пор поисковые отряды, названные в честь погибшей Лизы, стали появляться в разных регионах страны, и теперь это настоящие профессионалы, работающие по-прежнему бесплатно.

Пропала девочка Олеся, моя тезка, со своей тетей в лесу. И я говорю: «Это же наша Лиза Фомкина! Мы обязаны их найти». Мы их нашли живыми! Я потом писала, что этот поиск для нас показателен, что когда-то не успевали, не могли. А сейчас мы можем, мы построили систему! И ради этого стоит заниматься поисками!

Олеся Пышкина, региональный представитель поисково-спасательного отряда «Лиза Алерт» Республики Башкортостан

По статистике, если поиски начаты в первый день, шансы найти потерявшегося живым равны 95 процентам, на второй день они уменьшаются почти вдвое, а на третий день падают до 30 процентов. И хуже всего,говорят волонтеры, это неизвестность, как, например, в нашумевшей истории уфимской семьи Мазовых. Отца с двумя детьми ищут уже больше полугода. Недавно спасатели возобновили поиски на воде, но результат по-прежнему отрицательный.

Каждый человек должен вернуться домой! То есть никто не должен быть потерян. Потому что это очень страшная история, когда человек ушел из дома и не вернулся. Важно вернуть его домой, даже если он погиб.

Ляйсан  Фаттахова, доброволец поисково-спасательного отряда «Лиза Алерт» Республики Башкортостан

Они привыкли не проходить мимо даже там, где, на первый взгляд, помощь не нужна. Во время учений в парке Лесоводов добровольцы натыкаются на нетрезвого мужчину. Но ведь и это чей-то отец, сын, брат, которого ищут.

Однажды мы встречались с ребятами, сидели-обсуждали, почему же мы такие. И один из поисковиков выдвинул такую теорию, что, возможно, у нас какой-то сбой в ДНК. Другого логического объяснения я не нашла.

Ксения Букреева, старший информационный координатор поисково-спасательного отряда «Лиза Алерт» Республики Башкортостан

У многих из них в машинах два комплекта одежды. Спецовка и термобелье для ночных поисков и костюм с галстуком, чтобы с утра сразу на работу. Они не ищут ни признания, ни денег и сами до конца не понимают, что их толкает бросать все дела и мчаться на поиск незнакомых людей. Говорят: единственная награда для них – услышать два коротких слова: «Найден. Жив».